Find the latest bookmaker offers available across all uk gambling sites www.bets.zone Read the reviews and compare sites to quickly discover the perfect account for you.

Экспедиции 1880-1881 гг.

Следующую экспедицию русские предприняли в 1880-81 гг., во главе её стоял генерал-адъютант Скобелев, номинально подчинявшийся глав­нокомандующему Кавказской армией.

План похода был разработан Скобелевым в Петербурге. Основная идея заключалась в овладении текинской крепостью Геок-тепе. Задача заклю­чалась в том, чтобы в короткий промежуток времени перенести на 320 км вперед опорные пункты, находившиеся на берегу Каспийского моря, и передвинуть затем, при дефиците перевозочных средств, 13 120 т груза через пустыню и Копетдагские горы.

Назначение Скобелева состоялось 1 марта 1880 г., а в конце месяца он выехал на Кавказ для доклада главнокомандующему, который выделил в состав действующих войск: по три батальона от полков 1-й бригады 19-й пехотной дивизии; по одному батальону от полков: Апшеронского, Дагес­танского и Ширваиского; два эскадрона 15-го драгунского Тверского пол­ка; две сотни Таманского казачьего полка; 3-я и 4-я батареи 19-й артилле­рийской бригады; 1-я и 6-я батареи 21-й артиллерийской бригады и 45-й дивизионный летучий парк.

В Александровский форт Скобелев прибыл 1 мая и обещал бойцам за честную службу послать их в первую боевую линию. Исходной базой всех экспедиций стал Чикишляр — пункт, в общем, крайне неудобный как по мелководью рейда, так и по близости его к персидской границе, откуда заатрекские юмуды могли постоянно угрожать нападением на транспор­ты. Но Скобелев оставил Чикишляр базой д\я войск Атрекской линии, а Красноводск, который оказался доступным для перевозки грузов на бук­сируемых баржах (с осадкой весной и летом до 1,83 м, а осенью до 1,22 м) —    базой для экспедиционного отряда.  

Решив этот вопрос, имевший для исхода всей экспедиции важное зна­чение, Скобелев дал распоряжение о постройке пристаней, найме крюч­ников и заказе опреснителей, так как ни в Красноводске, ни на Михаи- ловском посту вовсе не было пресной воды Кроме того Скобелева беспо­коил вопрос о дальнейшей доставке грузов, и он решил весь подвоз вести на верблюдах, которых требовалось от 18 до 20 тысяч с соответствующим числом погонщиков и вьючных принадлежностей. Собрать такое количе­ство животных оказалось делом в высшей степени трудным. Верблюды скупались везде: в Оренбургском крае, Хиве, в Мангышлакском приставстве, между Атреком и Гюргеном и, наконец, возле Буджнурда.

Сборными пунктами для верблюдов стали Красноводск и Чикишляр. Удалось собрать и доставить на сборные пункты в течение июня — сен­тября около 16.000 животных. Допуская возможность недобора верблю­дов и опасаясь, что войска Атрекской линии используют слишком много запасов продовольствия для собственного пропитания, Скобелев отозвал 3 батальона из восьми бывших на линии на западный берег Каспия.

Скобелев опасался, что дефицит перевозочных средств снова может при­вести к поражению. Во избежание этого он, с согласия русского посланника в Тегеране и персидских властей, командировал полковника Гродекова для формирования в северных провинциях Персии небольшого отряда гужево­го транспорта. Кроме того, началось строительство конной железной дороги от Красноводска до Кизыл-арвата, а затем и паровой железной дороги.

Скобелев не сомневался в том, что Ахалтекинский оазис можно захва­тить только когда русские в короткое время появятся на низовьях реки Гери- руда (Теджена) со значительными силами, имея возможность доставить вой­скам все необходимое. А для этого требовалось построить железную дорогу. Естественно, что еще в бытность свою в Санкт-Петербурге Скобелев затро­нул этот вопрос, но не настаивал на нем, опасаясь запугать правительство огромными расходами на экспедицию. Однако обстоятельства заставили впоследствии остановиться именно на таком решении тылового вопроса.

Убедившись, что недостатка в перевозочных средствах не будет, Ско­белев приступил к устройству этапных линий и к снабжению отряда всем необходимым.

Зная по личному опыту, какое значение придают азиаты количеству артиллерии, Скобелев, помимо трех штатных легких батарей, получил 10 мортир, морские картечницы, ручные мортирки и ручные гранаты. Кроме того, забрал и старые орудия, хранившиеся на кавказских скла­дах (4-фунтового и 9-фунтового калибра), и картечницы. Этими мерами он довел число орудий до 10 — 12 на 1 000 человек. А запас патронов и сна­рядов составил 6 комплектов.

Для лечения больных и раненых, в дополнение к Красноводскому ла­зарету на 100 человек, развернули Чикишлярский (200 коек) и Чатский

(400 коек), добавили один госпиталь в Красноводске на 200 мест, и два гос­питаля — в резерве.

В Дуз-олуме (база для экспедиционного отряда) уже имелся месяч­ный запас муки на 8 тыс. человек, то есть 1/6 часть требуемого.

К приезду Скобелева в Чикишляр (7 мая) на Атрекской линии войска заняли и оборудовали следующие этапы: Чикишляр, Кираджа-батыр, Яглы- олум, Чат и Дуз-олум. Всего на линии находились 26 рот, 8 сотен казаков, 6 запряженных и 10 незапряженных орудий (всего 4.570 человек и 1.786 лошадей).

Желая лишить текинцев инициативы, Скобелев решил продвинуться вперед, заняв для этого Ходжа-кала, узел двух дорог, расходящихся отсю­да в оазис.

Вызвав с западного берега Каспия батальон 82-го пехотного Дагестан­ского полка и батарею 21-й артиллерийской бригады, Скобелев сформи­ровал из них и войск, бывших на линии, два отряда: передовой (7 рот, 4 сотни, 18 орудий) под командованием полковника Гродекова и особый подвижной резерв (3 роты, 1 сотня, 4 орудия) — для содействия, в случае необходимости, передовому.

Для сосредоточения этих войск и их грузов в Дуз-олум наняли 3 000 верблюдов и 27 мая полковник Гродеков, не дожидаясь прибытия всех ча­стей, назначенных в его отряд, выступил с 6 ротами, 2 сотнями, 4 орудия­ми и ракетной командой из Дуз-олума. 30 мая, несмотря на малочислен­ность своих сил, Гродеков занял Ходжа-кала, провел рекогносцировку путей в оазис. После этого Скобелев решил организовать склад продоволь­ственных и боевых запасов не в Кизыл-Арвате, а в Вами, занятой войска­ми передового отряда 10 июня, по приходе в Ходжа-кала из Дуз-олума 6 рот, 16 орудий и верблюжьего транспорта с 360,8 т продовольствия.

С занятием города Вами, отстоявшего всего в 120 км от Геок-тепе, рус­ские войска получили возможность закончить Атрекскую линию, сделать изыскания железной дороги от Кизыл-арвата до Мулла-Кари и начать обо­рудование второй коммуникационной линии — на Михайловский залив. Вами важно было еще в том отношении, что через него проходила дорога, удобная для артиллерии и обозов.

Заняв Вами, русские разрезали оазис на 2 части и не давали текинцам возможности собирать урожай. Наконец, Вами был ближе к Геок-тепе, по сравнению с Кизыл-арватом на 55 км.

Текинцы, так же хорошо понимали стратегическое значение этого населенного пункта и несколько раз пытались вернуть его, но неудачно. Но дальнейшее продвижение русских войск могло начаться только после сосредоточения в Вами 6-месячного запаса продовольствия.

Для обеспечения движения транспортов были оставлены: в Ходжа-кала  3 роты, 60 казаков и 2 орудия, а в Терсакане — 3 роты и 6 взводов казаков.

По занятии Бами немедленно приступили к постройке укреплений и вооружению его артиллерией, прибывшей из Чикишляра, Чата и Дуз-олу­ма. Тогда же русские солдаты собрали пшеницу в окрестностях вплоть до Беурмы, а кавалерия произвела набег на село Арчмон и уничтожила в нем хлебные запасы.

Занятие этапов на Михайловской линии шло успешно. Обе этап­ные линии подчинялись особым начальникам. Сами этапы представля­ли собой небольшие крепостицы с обширными складами и малым гар­низоном. Будучи обеспечены всем необходимым для жизни и боя, гар­низоны этапов, при наличии гелиографной (а позже и телеграфной) связи между ними, имели всегда возможность оказать поддержку кон­воям, сопровождавшим транспорты и обеспечить безопасность их сле­дования.

Создание оборудованных этапных линий привело к тому, что Скобе­лев медленно, но верно подвигался к намеченной цели — сосредоточению запасов в Бами. «Каждый лишний пуд, продвинутый из тыла вперед, — говорил постоянно Скобелев, — способствует успеху похода». Войска при­бывали с Кавказа постепенно, начиная с 20 мая по 26 ноября 1880 г. и пер­воначально сменяли собою гарнизоны на Атрекской и Михайловской линиях. Затем, по мере развитая операции, они продвигались вперед или заменялись другими частями.

Не желая упускать инициативы, Скобелев решил двинуться вперед с небольшим отрядом по направлению к Геок-тепе. В состав рекогносциро­вочной партии вошли: взвод сапер; сводная рота Красноводского местного батальона; 2 роты Самурского полка; полубатарея 4-й батареи 20-й артилле­рийской бригады, вооруженная четырьмя морскими картечницами; кон­но-горно-артиллерийский взвод; 1-я и 2-я сотни Полтавского и 6-я сотня Таманского казачьих полков и ракетная сотня. Всего — 3 1/2 рот, 10 орудий и 4 сотни, то есть 344 штыка, 311 шашек, 128 артиллеристов, 494 лошади, 10 орудий и 8 ракетных станков под личным командованием генерал-адъю­танта Скобелева. Обоз отряда состоял из 13 войсковых фургонов и 2 одно­колок Красного Креста.

Отряд выступил из Бами, где остались в виде резерва 2 роты и 15 ору­дий, 1 июля, взяв с собой продовольствия на 6 и скога — на 12 дней. 5 июля отряд подошел к селению Егян-батыр-кала, где и остановился на ночлег. На другой день, несмотря на присутствие в Геок-тепе до 25 тысяч воору­женных текинцев, Скобелев обошел вокруг всей крепости и произвел её рекогносцировку.

К вечеру отряд отошел к Егян-батыр-кала, так как дальнейшее пребы­вание его под Геок-теке представлялось и бесполезным и опасным вслед­ствие его малочисленности. Меры предосторожности ночью были уси­лены; тем не менее, текинцы, окружив отряд с трех сторон, пытались напасть на него, однако, наткнувшись на охранение, не решились на это. 10 июля отряд вернулся в Бами, потеряв 3 нижних чинов убитыми и 10 ранеными и контуженными. Ближайшими результатами рекогносциров­ки стали: уничтожение всех найденных запасов, сильное впечатление, произведенное движением отряда на текинцев, а главное — заключение к которому пришел Скобелев, что против Геок-тепе придется вести уско­ренную осаду, так как обложить крепость — невозможно, а брать откры­той силой из-за её значительных размеров и большого числа защитников, рискованно.

Исходя из этого Скобелев потребовал прислать в отряд десять '/ -пу­довых мортир, 3 сотни оренбургских казаков и Красноводский местный батальон, вооруженный винтовками Бердана. В конце июля текинцы на­чали вылазки. Они решили отрезать город от путей сообщений, овладев Бендесенским перевалом, а затем захватить его и уничтожить свезен­ные уже в него запасы. С этой целью 30 июля 1880 г. текинцы выступили. У них было примерно 4 тыс. пехоты и 600 всадников, но встретившись с отрядом полковника Вербицкого, двигавшимся на Арчман, текинцы по­вернули обратно.

Непрекращающаяся работа транспортов привела к тому, что уже к концу ноября в Бами и укреплении «Опорном» (переименованном из Коджа) удалось сосредоточить 5-месячный запас продовольствия на 8 тыс. человек и 2-месячный запас на 4 тыс. лошадей.

Кроме того: 1) тыл отряда обеспечивал ежемесячный подвоз в Бами 492 т. людского довольствия; 2) в Персии, вблизи Геок-тепе, собрали 2'/,- месячные запасы на 8 тыс. человек и 3,5-месячный на 3 тысяч коней; 3) в Дуз-олуме сосредоточено, в виде резерва передовых 3-месечных запасов на 8 тыс. человек и 4) на Атрекской линии сосредоточено для войск охра­ны и проходящих команд 7-месячный запас.

Обеспечив войска всем необходимым на срок значительно больший, чем это удалось сделать в 1879 г., Скобелев приступил к сосредоточению частей отряда. С 28 октября 1880 г. войска начали прибывать с Кавказа в Чикишляр и Михайловский залив. Движение к Геок-тепе началось ранее сосредоточения в Бами всех частей, назначенных в состав отряда, так как Скобелев решил, продвинувшись вперед, устроить в одном переходе от Геок-тепе укрепление, подвезти туда запасы и затем уже начать действия под крепостью.

Отряд шел по двум направлениям: от Бами на Егян-батыр-кала и от Терсакана и Дуз-олума по реке Чандыру с тем, чтобы выйти в оазис у села Келята, в одном переходе от Егян-батыр-кала. 28-го ноября Келята была занята, причем кавалерия захватила значительное количество скота. По прибытии первого эшелона в Келята образовался отряд в 10 рот, 7 сотен и эскадронов и 21 орудия.   

С этими силами Скобелев двинулся далее и на рассвете 30 октября занял Егян-батыр-кала (позже названное Самурским укреплением) без боя. По занятии Самурского укрепления Скобелев оставил в нем, за недо­статком продовольствия, лишь 10 рот, 1 сотню и артиллерию, а остальные войска разместил частью гарнизонами на новых этапах в Келята (Крымс­кое), Дуруне (Оренбургское) и Арчмане (Полтавское), частью назначил для конвоирования транспортов, приступивших к перевозке боевых и продовольственных запасов в Самурское.

Будучи ограничен естественными условиями в количестве войск, Скобелев обратил особое внимание на их качественный состав, требуя, чтобы все слабосильное и ненадежное оставалось в тылу. Между тем те­кинцы бездействовали, поджидая подхода подкрепления из Мерва, кото­рое, в числе 2 тыс. человек, но без артиллерии, прибыло под начальством Коджар-Топас-хана в ночь с 20-го на 21 декабря, то есть в то время, когда русские стояли уже в 1 700 м от Денгиль-тепе.

Число защитников Геок-тепе состояло из 30 тыс., из них конницы до 10 тыс., число же всех жителей крепости доходило до 45 тыс. человек. Те­кинцы имели около 5 тыс. ружей, из них 600 — скорострельных, одно медное орудие 6-фунт, калибра и 2 чугунных на станках. Холодное ору­жие — шашки и пики — имелись в значительном количестве.

Постройка крепости была закончена. Она представляла собой в то время неправильный 4-угольник, обнесенный стеной со сторонами: се­верной 896 м, южной — 512 м, восточной — 1536 м и западной — 1440 м. Стена состояла из земляной насыпи, высотой 4,25 м, толщиной в основа­нии до 10,7 м а вверху от 6,4 до 8,5 м. Площадка стены была окружена двумя парапетами высотой до 1,5 м, а толщиною: наружный — 1 и внутренний  0,8 м; в наружном были проделаны бойницы для ружей. Наружный ров шел вокруг всей стены и имел от 1,83 до 2,74 м глубины при верхней его ширине в 3,66-5,18 м. Эскарп и контр-эскарп были почти отвесны. Бермы не было, а общая покатость стены и наружного рва имела только перегиб у горизонта. Ширина внутреннего рва — 14,9 м, а глубина его — от 0,8 до 1,5 м. Выходы находились: в северном фасе — 3, западном — 9, южном — 1 и восточном — 8. Мостов не было, но против каждого выхода оставлена была перемычка, шириною от 1,2 до 1,5 м. Внутренность крепости пред­ставляла собой совершенно ровную площадь, изрытую без всякой систе­мы ямами для укрытия людей от выстрелов. Лишь в северо-западном углу находился насыпной холм Денгип-тепе в 14,9 м высоты. Воду брали из канавы, проведенной от реки Секиз-яба, и из колодезя (более 2,1 м в диа­метре), вырытого в северо-западном углу. Число кибиток, расположен­ных в крепости, доходило до 15 тыс.

Крепость стояла на довольно открытой равнине, изрытой канавами. Запасы хлеба почти отсутствовали, а фуража и топлива не имелось вовсе.    

2  декабря Скобелев произвел, рекогносцировку отрядом из 9 рот, 3 сотнями и 16 орудиями (1040 штыков, 337 шашек, 120 артиллеристов), под­твердившую первоначальные предположения о том, что крепость можно взять лишь штурмом.

С 5 по 11 декабря войска занимались в Самурском укреплении, учень­ями, конвоированием транспортов, подвозивших Довольствие из Бами, и упражнениями в эскаладе стены с помощью штурмовых лестниц и штур­муя бреши на стенах калы, находившейся в тылу лагеря, по дороге в Келя­та. 12 декабря, в виду замеченного у неприятеля движения из песков в крепость и обратно, провели рекогносцировку, показавшую приход под­креплений текинцев.

К 20 декабря большая часть действующего отряда собралась в Самур­ском укреплении. Здесь уже находились 38 рот, 11 сотен и эскадронов, 72 орудия и 11 ракетных станков (4 880 штыков, 1 175 шашек, 965 артиллери­стов). В это число входили 3 роты, 2 сотни, 2 орудия и 2 ракетных станка (849 человек, 372 лошади) туркестанского отряда полковника Куропатки- на, выступившего 21 ноября из Петро-Александровска на колодцы Чагыл через колодцы Орта-кую на Иглы и прибывшего 8 декабря в Бами, а 15-го —  в Самурское.

Отряд Куропаткина прошел в 18 дней около 533 км по пустыне. Кроме усиления экспедиционного отряда целью его движения стало исследова­ние пути из Хивинского оазиса в Ахал-теке. Одновременно с войсками в Самурское прибывали боевые и продовольственные запасы, обеспечив­шие отряд по 1 марта 1881 г.

Не ожидая подхода остальных войск, находившихся в Бами, Скобелев решил овладеть с наличными силами селение Янги-кала, что могло облег­чить штурм крепости и отдавало в наши руки верховья вод, питавших Геок- тепе. 20 декабря селение Лиги-кала было занято. Неприятель нигде не ока­зал упорного сопротивления и отступил до атаки в штыки. Наши потери составляли: 1 убитый, 10 раненых и 5 контуженных нижних чинов.

После захвата Янги-кала (стоявшей в 1,7 км от крепости) русские не­медленно устроили в ней укрепленный лагерь, перевезя из Самурского ору­дия и все виды довольствия. В течение двух следующих дней, 21 и 22 декаб­ря, производились новые рекогносцировки крепости: генералом Петрусевичем (6 сотен и эскадронов и 2 орудия) восточного и северного фронтов, и лично Скобелевым (1 батальон, 1 сотня, 1 орудие) — западного и южного.

С колонной генерала Петрусевича следовал заведующий инженерной частью отряда подполковник Рутковский и 2 офицера-топографа — для съемки крепости и её осмотра. Того же 22 декабря полковник Куропаткин (2 1/2 роты, 4 орудия и 1 сотня) занял правофланговую кала, важную в том отношении, что она обеспечивала правый, наиболее удаленный от лагеря фланг осады.    

  Последние рекогносцировки окончательно убедили, что выгоднее все­го повести атаку на капитель юго-восточного угла Геок-тепе, так как: 1) этот угол был острее других и позволял взять направление южного и вос­точного фасов для поражения их тыльно-анфиладным огнем; 2) местность против южного фронта господствовала над крепостью, чего не было перед фронтом восточным; 3) направление сухих и водяных арыков давало воз­можность воспользоваться ими для устройства крытых сообщений из ла­геря к осадным работам: 4) восточный фронт имел слабые части стены, в которой замечено было много трещин и дыр.

На совещании у Скобелева, 22 декабря, по обсуждении всех данных, окончательно решили: оставив лагерь на прежнем месте, 23 декабря на­чать осадные работы, заложив 1-ю параллель и 2 батареи для анфилирова- ния южного и восточного фронтов, 24-го — устроить 2-ю параллель, 25 го и 26-го — осмотреться и устроить мортирные батареи для действия про­тив Великокняжеской позиции, 27-го — овладеть этой позицией откры­той силой, 28 —29-го — прочно утвердиться в Великокняжеских калах. При наступлении постепенно подвигаться левым флангом вперед.

Приступив к осаде, Скобелев опасался, что войска уйдут из крепости в пески или к Асхабаду. Бегство текинцев могло разрушить все планы на­чальника экспедиции, который хотел нанести им решительный удар. Желая воспрепятствовать отступлению противника на Асхабад, Скобе­лев приказал кавалерии (дивизион драгун и по одной сотне Таманского, Полтавского и Лабинского казачьих полков) с конно-горным взводом, отправиться, под командованием генерала Петрусевича, вдоль восточно­го фронта Геок-тепе. и устроил свой лагерь между правофланговой калой и садами Джулы-кала.

На рассвете 23 декабря колонна атаковала сады, но, несмотря на прибытие 1'/2 роты майора Богаевского, занимавших правофланговую калу, взять их не удалось. Были убиты генерал Петрусевич, два штаб и обер-офицера и 12 нижних чинов, ранены — один обер-офицер и 37 нижних чинов.

Мысль о необходимости обложить крепость со всех сторон высказы­валась неоднократно, но по малочисленности отряда, она не могла быть осуществлена. Благодаря этому, неприятель мог беспрепятственно подво­зить продовольствие и через пустыню, и через незанятую русскими вой­сками часть оазиса, находившейся к востоку от Геок-тепе.

Бой 23 декабря оказался для русских неудачным, но, тем не менее, он позволил приступить к закладке 1-й параллели уже днем. В ночь с 27-го на 28-е закончили ходы сообщения ко 2-й параллели. Неприятель тревожил мало (с 24 по 28 декабря убиты 2 нижних чинов и ранены 1 штаб-офицер и 2 нижних чинов), но зато сам занялся усилением южного фронта — пост­ройкой траншеи впереди стены и ведением контр-апрошей: хода из юго-восточном угла крепости, на конце которого возвели полукруглое укрепле­ние, и другого хода, окончившегося редутом из середины южного фронта.

Вечером 28 декабря около 4 000 текинцев под начальством Тыкма-сер- дара нечаянно и стремительно напали с одним холодным оружием на пра­вый фланг, где велись осадные работы. В траншеях находились только 5 рот и команда охотников из 81 пехотинцев Апшеронского полка. Общий резерв, состоявший из 7 рот того же полка, находился у калы Ольгинской. Текинцы, сбив 2 передовые роты, овладели всем пространством между 1-й и 2-й параллелями за исключением лишь редута № 1, в то время как другая их толпа шла в обход, к лагерю. 8 орудий попали в руки неприятеля.

Вскоре, однако же, подошла 3-я рота Закаспийского батальона и Куро- паткин с общим резервом. В 7 — 10 мин русские вернули назад все позиции. Неприятель поспешно отступил в крепость, но успел все же увезти орудие с 2  ящиками и знамя Апшеронского полка. Наши потери: убиты 5 офицеров, 91 нижний чин и ранены 1 офицер и 30 нижних чинов.

Одновременно текинцы пытался напасть на правофланговую калу, гарнизон которой состоял из 9-й роты 83-го пехотного Самурского полка, команды казаков, двух 4-фунтовых орудий и двух морских картечниц, но безуспешно. Дело 28 декабря произвело на русские войска тяжелое впе­чатление, противник, наоборот, ободрился. Осадные работы подвигались, тем не менее, быстро.

Чтобы сгладить впечатление от неудачи 28 декабря, Скобелев прика­зал взять штурмом 3 Великокняжеских калы. Приказ этот исполнили 9-ю ротами и спешенной сотней с потерей 5 офицеров и 56 нижних чинов. Текинцы, в свою очередь, провели еще 2 нападения: 30 декабря вечером на левый фланг осадных работ (главным образом, на лево-фланговый редут № 3 и в тыл 1-й параллели), столь же успешное, как и 28 декабря (русские потеряли убитыми и ранеными 150 человек и 1 орудие). Затем, 4 января; текинцы провели свою последнюю вылазку, на мортирную батарею лево­го фланга, стоявшую на позицию впереди Великокняжеских кал, отра­женную со столь значительные уроном для противника (большим, чем за все время осады), что в дальнейшем они уже более не повторялись. Поте­ри русских 4 января: убитыми — 1 офицер 10 нижних чинов; ранеными — 3 обер-офицера. 54 нижних чинов и контуженными — 11 нижних чинов.

К 1 января 1881 г. правый фланг атаки отстоял от крепостной стены на 85 м, а левый — на 160 м. Затем до 3 января спешно велись работы по укреп­лению флангов и размещению резерва. Скобелев, опасаясь, что слух о зах­вате текинцами знамени и 2 орудий может неблагоприятно отозваться в тылу, приказал вести работы еще с большей энергией, подвигаясь вперед уже не левым флангом, а правым.

По окончании 3-й параллели, дальнейшее наступление велось из Охот­ничьей калы, откуда, выдвигаясь подступами, строили Ширванский и Саперный редуты, чтобы крепко держаться против вылазок. Вечером 6 января из Саперного редута начали вести минную галерею. Грунт оказал­ся очень удобным, и галерея держалась хорошо без обшивки. Одновре­менно установили мортирную и брешь-батареи.

Огонь мортир тотчас же заставил неприятеля убрать около 500 киби­ток с середины крепости. Вследствие первоначального предположения о том, что минные работы будут окончены 9 января в полдень, Скобелев приказал начать пробивание бреши на южном фронте, у юго-восточного угла крепости, 8 января в 8 часов утра и делать все приготовления к штур­му крепости на 10 января к 7 часам утра.

Но, по точному измерению расстояния до рва, оказалось, что взрыв мож­но провести только 12 января, и штурм пришлось отложить. Для штурма сфор­мировали три колоны: 1) колонна полковника Куропаткина (11 1/2 рот. 9 ору­дий, 2 ракетных станков и гелиографическая станция), которая должна была овладеть обвалом, утвердиться на нем, укрепиться в юго-восточном углу кре­пости и войти в связь с колонной полковника Козелкова; 2) колонна полков­ника Козелкова (8,5 роты, 2 команды казаков, 3 орудия, 2 ракетных станка и 1 гелиографическая станция) — овладеть артиллерийской брешью, утвер­диться и укрепиться на ней и войти в связь с 1-й колонной и 3) колонна под­полковника Гайдарова (4,5 роты, 2 казачьи команды, 1,5 сотни, 5 орудий, 5 ракетных станков и гелиографическая станция) — овладеть Мельничною калой и ближайшими к ней ретраншементами с целью подготовки и обеспе­чения успеха 2-й колонны, затем усиленным ружейным и артиллерийским огнем действовать по внутренности крепости, обстреливая ее продольно в тыл неприятеля, если бы он сосредоточился против главной атаки; наступать на главный вал только при успехи главной атаки.

Общий резерв (21 роты, 24 орудия и гелиографическая станция) оставал­ся в распоряжении Скобелева. 12-го января атаку начала колонна подполков­ника Гайдарова, двинувшаяся по направлению к Мельничной кале в 7 часов утра. Обстреляв Мельничную калу гранатами и разбив ее лицевую стенку, колонна продвинулась на 500 м вперед, снова подготовила атаку огнем и за­тем бросилась на штурм. В 8 часов утра, плотина и кала были уже взяты.

Движение колонны Гайдарова приковало к ней внимание текинцев; все их начальники собрались на углу против Мельничной калы, но про­тивник не ослаблял в то же время бдительности и на других пунктах обо­роны. В 11 ч. 20 мин., была взорвана мина. Впечатление, произведенное взрывом на защитников крепости, оказалось ужасным. После взрыва ар­тиллеристы немедленно переменили цели и стали обстреливать северо- восточный угол и северную часть крепости, а колонна полковника Куро­паткина, разделенная на 3 части, бросилась на штурм обвала.

После короткого, но упорного, рукопашного боя текинцев удалось сбить с обвала, а затем, когда русские войска ворвались внутрь крепости и овладели участками стены по обе стороны обвала, текинцы начали мед­ленно отступать к северо-западному углу крепости и холму Денгил-тепе. По диспозиции предполагалось в этот день овладеть лишь юго-восточным углом крепости и прочно здесь укрепиться, но Куропаткин, видя возмож­ность полного успеха, двинулся вперед и уже сравнительно без большого труда овладеть холмом Денгил-тепе.

Колонна полковника Козелкова после взрыва мины, оставив в резер­ве 3 роты, бросилась к бреши, сделанной артиллерией, но из-за жестокого неприятельского огня залегла у вершины обвала, завязав с текинцами пе­рестрелку в упор. Прибытие поддержки — 3-х рот Ставропольского полка и взвода 6-й батареи 21-й артиллерийской бригады — не изменило поло­жения дела.

Заметив нерешительность войск на обвале, Скобелев, находивший­ся в момент взрыва в 3-й параллели у колонны полковника Козелкова, двинул из резерва батальон Апшеронского полка. Брешь удалось взять тотчас же. Между тем подполковник Гайдаров после взрыва мины бро­сился в свою очередь к крепости и штурмовал ее с помощью лестниц, после чего направил 2 роты вдоль западного фаса, а 2 другие — внутрь крепости.

В это время текинцы массами уже покидали крепость. Преследование неприятеля продолжались километров на 16, причем семейства текинцев удалось возвратить в Геок-тепе — для того, чтобы способствовать возвра­щению жителей и умиротворению края. У неприятеля отбитс 2 горных орудия и знамя 4-го батальона 81-пехотного Апшеронского полка, захва­ченные текинцами во время вылазок.

Потери русских 12 января 1881 г. составляли: убитыми 4 офицера, 55 нижних чинов, ранеными — 18 офицеров, 236 нижних чинов, контужен­ными — 12 офицеров, 73 нижних чинов. Потери неприятеля достигли 6 —8  тыс. человек.

Дальнейшего сопротивления текинцы нигде уже не оказали. Войска дошли до Люфтабада без выстрела. Несломленным стоял только Мерв, присоединенный к России впоследствии мирным путем. Для преследова­ния текинцев, ушедших в пески и расположившихся у колодцев, отпра­вился отряд, сделавший, в общем, 533-километровый переход по пустыне. Текинцы, впрочем, начали вскоре сами возвращаться, отчасти благодаря ласковому с ними обращению русских властей, а отчасти потому, что се­мьи многих из них оставались в крепости.

Большое содействие в умиротворении края оказал железнодорожный путь, постройка которого шла следующим образом: к 4 октября 1880 г. путь удалось уложить от Красноводска до Мулла-калы на протяжении 24 км, а к началу января 1881 г. уже до 123-го км. До этого места производилось уже и движение, полотно же к тому времени было окончено до Казанджика.     

  Параллельно с этим полотном, до 156-го км, была проложена дековелевс- кая железная дорога, которая могла ежедневно доставлять в Бала-Ишем до 33 т груза.

Таким образом, экспедиция 1880— 1881 гг. окончилась полной победой. Россия обязана этим успехом нашим славным войскам и больше всего — самому Скобелеву, который с таким терпением и энергией устроил тыл, обес­печил отряд продовольствием для операций в пустыне, и искусными действи­ями против неприятеля, представлявшими редкое сочетание порыва с осто­рожностью, безумной отваги с холодным расчетом, привел к покорности одно из самых неукротимых и воинственных племен Средней Азии.

 

 

НАЗАД  СОДЕРЖАНИЕ   ВПЕРЕД