Find the latest bookmaker offers available across all uk gambling sites www.bets.zone Read the reviews and compare sites to quickly discover the perfect account for you.
Главная / ЭНЦИКЛОПЕДИЯ МОНИТОРОВ. Защитники речных границ России. Черников И.И. / Сравнительный анализ морских бронекатеров и пути развития броненосных кораблей после Второй мировой войны

Сравнительный анализ морских бронекатеров и пути развития броненосных кораблей после Второй мировой войны

Корабли пр. 161 и 186 можно считать специализированными корабля­ми непосредственной артиллерийской поддержки десанта, поэтому инте­ресно сравнить их с зарубежными аналогами.

Отечественные корабли при меньшем водоизмещении имели весьма близкое по мощности вооружение и лучшую конструктивную защиту, но уступали в дальности плавания и мореходности. Крупным недостат­ком наших кораблей следует считать и то, что из-за применения «упро­щенных» обводов корпуса при меньшем водоизмещении и одинаковой мощности ГЭУ их наибольшие скорости оказались фактически равными иностранным анологам.

В конце 1944 г., когда близость победы уже ни у кого не вызывала со­мнения, в Наркомате ВМФ начались дискуссии о дальнейших путях раз­вития речных боевых кораблей, Недавно на эту тему была опубликована большая монография профессора Военно-морской академии, капитана 1 ранга, доктора военно-морских наук А. В. Платонова. Из этого исследова­ния следует, что в вопросе о ближайшем послевоенном будущем советс­кого ВМФ было много неясностей и неопределенностей. В начале 1945 г. по приказу Наркома ВМФ наиболее авторитетные военно-морские теоре­тики и практики обобщили опыт заканчивающейся мировой войны и пытались спрогнозировать тенденции, определившие в будущем облик бо­евых кораблей.

В соответствии с этим приказом начала действовать подкомиссия по­мощника начальника Главного морского штаба, контр-адмирала П.А. Трайнина, бывшего командира бригады речных кораблей и начальника штаба Волжской военной флотилии. Так как Советский Союз располагал самым значительным опытом борьбы на реках и озерах, то для этой подкомис­сии не составило большого труда разработать теоретические основы для формулирования тактико-технических заданий на проектирование пер­вых послевоенных речных и прибрежных кораблей (мониторов, канонер­ских лодок и бронекатеров).

В то время мало кто сомневался в том, что для огневого обеспечения приморской группировки войск в мелководных шхерных районах Балтий­ского моря советский флот нуждается в специально построенных для этой цели кораблях. И даже при такой насущной необходимости предпочте­ние отдавалось хорошо бронированным кораблям, которые по существо­вавшим в то время правилам относились к классу мониторов.

Подкомиссия контр-адмирала П. А. Трайнина, тщательно изучив опыт войны на реках, пришла к двум основным выводам. Во-первых, мониторы типа британского «Abercrombie» оказались узкоспециализированными и поэтому большую часть военного времени простояли в базах без пользы. Да и по своим размерениям, прежде всего, высоте надстроек и осадке, эти корабли мало подходили для условий Финского залива. Во-вторых, как раз исходя из специфических условий Балтики, а также с учетом возмож­ных действий в Татарском проливе (который станет полностью советским только осенью 1945 г.) и юго-западной части Черного моря, подкомиссия предложила ввести в состав советского ВМФ сразу два подкласса морских мониторов: большой и малый. При этом основным предназначением пер­вого считалось подавление береговых батарей противника и разрушение долговременных оборонительных сооружений, а для второго — непос­редственная поддержка действий войск на берегу. Но, учитывая то, что в составе ВМФ СССР уже имелись морские бронекатера пр. 161 и пр. 186, отчасти способные выполнять задачи малого монитора, комиссия пред­ложила ограничиться одним промежуточным проектом корабля, а имен­но так называемым «шхерным монитором».

1902

Этот корабль члены комиссии видели водоизмещением не превышаю­щим 2500 т, вооруженным 2 спаренными универсальными 130-мм артил­лерийскими установками, а также 4 счетверенными 45-мм и таким же количеством 25-мм зенитных автоматов. В качестве приборов управления стрельбой главного калибра рекомендовалась ПУС «Зенит». Для 45-мм ар­тиллерии предполагались индивидуальные колонки стрельбы. При этом ведение стрельбы по воздушным целям обеспечивалось соответствующи­ми РЛС. Кроме того, шхерный монитор мог брать в перегруз мины заг­раждения, а для борьбы с подводными лодками требовались гидролокаци­онная станция и два бомбомета с 24 большими глубинными бомбами. Бро­нирование борта 85-мм, а палубы — 65-мм. Скорость хода — 15 узлов, даль­ность плавания — 2000 миль, автономность — 20 суток.

1898

Подкомиссия П. А. Трайнина после рассмотрения вопроса о морском мониторе занялась речными кораблями. Общая идеология оставалась прежней: речные канонерские лодки обладают малой боевой устойчиво­стью от огня танков и полевой артиллерии, а потому от них предлагалось отказаться в пользу мониторов. Основанием для подобного утверждения послужил опыт боевого применения речных флотилий, прежде всего Пин­ской и Днепровской. Тогда большинство боевых столкновений произош­ло на дистанциях стрельбы прямой наводкой, где многое решала степень забронированния кораблей. Применение тех же бронекатеров, да и мониторов с закрытых позиций оказалось недостаточно эффективным из-за сравнительно небольшого калибра корабельной артиллерии — 76 и 102 мм. Для этих целей больше подходили плавучие батареи, которые с одной стороны, можно вооружить более сильной артиллерией, а с другой — за счет ненужности мощного бронирования они являлись более просты­ми и дешевыми в постройке. Таким образом, речные мониторы сразу ста­ли рассматриваться в единой связке с плавучими батареями.

Многообразие физико-географических условий речных театров при­вело подкомиссию П. А. Трайнина к выводу о необходимости иметь в со­ставе советского ВМФ сразу три подкласса речных мониторов: больших, средних и малых. Последние предназначались, прежде всего, для Днепровско-Бугского бассейна и верховьев Амура и Сунгари. При их констру­ировании требовалось предусмотреть разборность конструкции для воз­можности транспортировки железнодорожным и автомобильным транспортом. Принципиальное отличие малого монитора от несколько пре­восходящего его по водоизмещению морского бронекатера заключалось в главном калибре, на мониторе предполагалось установить 122—152-мм гаубицу-пушку. Средний монитор предлагался как основной для Амура и Дуная, а большой — для устья этих рек. Приборы управления стрельбой должны иметь в своем комплекте резервные автоматы стрельбы. Из осо­бых требований можно отметить пригодность их для плавания в битом льду, а также для среднего и большого мониторов — обитаемость в зим­них условиях. Кроме этого средний монитор должен проходить под мос­тами и шлюзами на Дунае, Днепре, Амуре и Сунгари. Для всех подклассов мониторов требовалось предусмотреть специальные понтоны, которые по­зволили бы уменьшить осадку кораблей на 15 — 20 см.

1899

Здесь, в качестве иллюстрации, следует привести эскизный проект большого речного монитора, выполненный сотрудниками ЦНИИВК в ап­реле 1945 г.

Что касается бронекатеров, то подкомиссия боевых фронтовиков под председательством контр-адмирала П. А. Трайнина фактически подтвер­дила целесообразность реализации уже проектирующихся кораблей. Это вполне объяснимо, так как за исключением капитана 2 ранга Лазо, коман­дира отряда шхерных кораблей КБФ, все остальные члены подкомиссии являлись офицерами Управления кораблестроения ВМФ и таким обра­зом были хорошо информированы о проектировании новых кораблей.

В феврале 1945 г. была создана и другая подкомиссия под руководством вице-адмирала П. С. Абанькина, в недавнем прошлом Командующего Онеж­ской и Амурской военными флотилиями. Состояла она из преподавателей Военно-морской академии, которые в своих предложениях, как правило, опирались на научно-исследовательские работы, проводившиеся в Акаде­мии в годы войны. Поэтому в предложениях этой подкомиссии имелось сравнительно много различного рода обоснований, однако, их выводы из анализа боевого опыта зачастую кардинально отличались от формулиро­вок членов подкомиссии П. А. Трайнина.

Как можно понять из документов, она называла себя подкомиссией по мониторам, канлодкам, плавбатареям и полностью дублировала подкомис­сию П А. Трайнина, но занималась кораблями береговой обороны. Все это, как отмечает А. В. Платонов, свидетельствовало о крайне низкой организа­ции исполнения приказа Наркома ВМФ. Интересно то, что подкомиссия Абанькина в отношении морских мониторов пришла к совершенно иным выводам, нежели коллектив Трайнина, и предлагала строить морские мо­ниторы аналогичные британским прототипам.

Этот морской монитор представлялся подкомиссии вице-адмирала П. С. Абанькина кораблем водоизмещением 7500 т, длиной 116 м, шири­ной 27 м и осадкой 3,6 м. В качестве главной энергетической установки предлагались дизеля, которые должны были обеспечить скорость хода 16 узлов и дальность плавания — 16 ООО миль. Главный калибр — 1 двухору­дийная 305-мм артиллерийская башня, зенитный — по 8 85-мм и 46-мм зенитных орудий. Бронирование; цитадель 180 (борт) и 100 (палуба) мм; оконечности 50 мм; траверсы 200 (носовой) и 180 (кормовой) мм; боевая рубка 300 (стенки), 100 (крыша) и 25 (пол) мм.

Трайнин отдавал предпочтение гаубицам, обосновывая это двумя ос­новными аргументами. Во-первых, гаубицы расширяют зоны обстрела за счет возможности поражения целей на обратных склонах и с позиций у возвышенных берегов. Во-вторых, единый с армейцами боезапас много­кратно облегчает обеспечение им кораблей. Абанькин же, наоборот, на вооружении мониторов видел только корабельные орудия. Аргументиро­вал он это тем, что гаубиц в армии и так много, ценность речных монито­ров как раз в том и будет состоять, что они смогут поражать цели за преде­лами дальности стрельбы армейских систем.

Таким образом, Военно-морская академия заняла совершенно проти­воположную позицию по сравнению с той, какую имела в начале 40-х го­дов. Что касается подклассов мониторов, то подкомиссия вице-адмирала П. С. Абанькина рекомендовала их только два: большой и средний. Прав­да, они оказались значительно крупнее, чем предложенные первой подко­миссией. Отсутствие малого монитора отчасти можно отнести за счет того, что среди многочисленных советских бронекатеров уже имелись и морские, они же шхерные, они же озерные. В целом класс малого монито­ра подкомиссии П. С. Абанькина соответствовал характеристикам уже существовавшего морского бронекатера пр. 161.

Чтобы завершить рассказ о работе обеих подкомиссий по опреде­лению облика советских кораблей после Великой Отечественной вой­ны, необходимо рассмотреть предложения, высказанные для плавучих батарей. С необходимостью существования этого класса кораблей со­глашались все. Даже взгляды на суть их применения совпадали в обеих подкомиссиях. Сравнительно высокая подвижность плавбатарей в бас­сейне рек (не уступающая самоходам), а также относительная, по срав­нению с мониторами, дешевизна постройки и эксплуатации позволяли считать их весьма перспективными кораблями в послевоенном строи­тельстве.

Первые советские плавучие самоходные батареи, а точнее орудия появились еще в 1944 г. Идею позаимствовали у германских «Siebel»: 2 десантных бота пр. 165 образовывали площадку, на которой размещали 1 100-мм орудие Б-24. Такие плавучие орудия входили в состав Днепровской флотилии. Они имели водоизмещение 33 т, длину 14,6 м, ширину 8 —9 м, осадку 1,05 м. 2 мотора фирмы Крайслер обеспечивали скорость хода около 9 км/час и дальность плавания порядка 520 км. В качестве средства ПВО име­лись 2 12,7-мм пулемета. Подкомиссия Трайнина предложила увеличить раз­меры плавучих батарей за счет формирования их корпуса из трех секций специальной постройки: водоизмещение 165 т, длина 36 м, ширина 7,5 м и осадка 0,8 м. При высоте борта 3,3 м батарея должна была нести две 122-мм армейские пушки (боезапас — 800 выстрелов). Мотор мощностью 30 л.с. по расчетам обеспечивал скорость хода 5 узлов и дальность плавания — 60 миль. Кроме того, независимо от работы комиссии промышленность разработала эскизный проект самоходной плавучей пушки пр. 307. Ее корпус собирался из двух понтонов парка СП-19. При полном водоизмещении 80 т пушка имела длину 19 м, ширину 8,39 м, осадку 0,79 при высоте борта 1,2 м. В качестве орудия предлагалась 152-мм гаубица-пушка МЛ-20, а также 37-мм зенитный автомат 70-К и 12,7-мм пулемет. Предполагалось, что два двигателя по 47 л.с. каждый обеспечат орудию скорость хода 5 узлов и дальность плавания 280 миль, автономность — 5 суток.

Вообще работа комиссии по определению облика советских кораблей после Великой Отечественной войны оказалась в основном невостребо­ванной, во всяком случае, трудно найти проект какого-либо корабля, со­зданного на основании рекомендаций подкомиссий.

Например, 20 апреля 1945 г. Нарком ВМФ утвердил оперативно-такти­ческое задание на проектирование морского монитора. Стандартное во­доизмещение этого корабля определялось в 9000 — 11 000 т, а осадка — до 5,7 м. Таким образом, это чудовище по водоизмещению превосходило крейсер «Киров». Но при этом, его главный калибр должен был состоять из 2 2-орудийных башен с 220-мм пушками. Правда, предлагалось просчи­тать вариант с 2 3-орудийными башнями. Зенитный калибр определялся 6 спаренными 100-мм установками за щитами, а также 4 — 6 счетверенны­ми 45-мм зенитными автоматами. Приборы управления стрельбой глав­ного калибра должны были обеспечивать все виды стрельб по береговой и морской целям, а зенитного — по воздушным. Для борьбы с подводными лодками предусматривались четыре бомбомета и 20 глубинных бомб. Бро­нирование должно было защитить жизненно-важные части корабля от 152-мм бронебойных снарядов с дистанции 45 кб и от 250-кг ФАБ. Око­нечности корабля рассчитывались на защиту от 152-мм фугасных снаря­дов. Главная энергетическая установка должна обеспечить скорость пол­ного хода 24 узла и дальность плавания 1800 миль ходом 18 узлов. Как мы видим, это оперативно-тактическое задание даже в первом приближении не имеет ничего общего с рекомендациями подкомиссий. Впрочем, были другие прожекты, например, монитора водоизмещением 20 000 т, воору­женным 2 406-мм орудиями.

В декабре 1945 г. утвердили оперативно-тактическое задание на про­ектирование большого речного монитора пр. 311. При водоизмещении не более 1100 т его длина не должна была превышать 70 м, а осадка — 1,8 м. Предлагалось рассмотреть два варианта главного калибра: 2 2-орудийные башни с 152-мм армейскими гаубицами-пушками или 130-мм морскими пушками. Зенитный калибр — 4 спаренные 57-мм установки и 6 спарен­ных 25-мм. Защита должна была противостоять 85-мм танковой пушке с дистанции 1500 м и 100-кг ФАБ. Скорость хода планировалалась 18 узлов, дальность плавания — 1500 м.

Но всем этим замечательным планам не суждено было сбыться, так как кораблестроительную программу в отношении речных кораблей по­хоронили в принципе. В предложениях ВМФ в плане строительства ко­раблей на 1946—1955 гг. фигурировали 18 больших, 6 средних и 36 малых речных монитора, 60 морских, 114 больших и 226 малых бронекатеров, 53 речные канонерские лодки ПВО. Принято считать, что кораблестроитель­ная программа на 1946—1955 гг., утвержденная Советом Народных Ко­миссаров 27 ноября 1945 г., значительно урезала предложения ВМФ. На самом деле это не совсем так, поскольку большинство позиций было со­хранено, но из программы вычеркнули такие знаковые корабли как лин­коры, авианосцы и большие эсминцы. Что касается речных сил, то в ут­вержденном плане не оказалось средних мониторов, канонерских лодок ПВО и общее количество бронекатеров ограничили 370 единицами, то есть сократили на 30 катеров. Фактически же из мониторов достроили лишь последний корпус пр. 1190, а новых вообще не закладывали.

В первые послевоенные годы, когда прекратилось строительство мор­ских бронекатеров, на их базе был создан проект малой канонерской лод­ки, предназначенной для обороны речных лиманов, узкостей, проливов, а также мелководных прибрежных и шхерных районов.

Эти корабли предполагалось вооружить 2 152-мм орудиями главного калибра в одноорудийных башнях и 2 спаренными 25-мм автоматами. Предусматривались радиолокационные станции. При водоизмещении 260 т скорость хода могла равняться 18 — 20 узл., а дальность плавания экономи­ческим ходом 1200 миль. Бронирование и прочие элементы соответство­вали пр.186.

И все-таки морской монитор в составе советского ВМФ появился. Правда, это оказался купленный у финнов в 1947 г. броненосец береговой обороны «Vainamoinen», переименованный затем в монитор «Выборг». Этот корабль смело можно отнести к наиболее удачным приобретениям Со­ветского Союза в области военно-морских вооружений. Для конца 30-х—на­чала 40-х гг. XX в. он почти идеально соответствовал своему предназначе­нию и специфическим физико-географическим условиям Финского и Ботнического заливов. Но и в последующие десятилетия «Выборг» факти­чески являлся самым эффективным кораблем огневой поддержки дей­ствий войск на берегу в составе Балтийского флота. Прослужил бывший финский броненосец в составе советского ВМФ до ноября 1958 г., когда его поставили на холодное хранение, а через год законсервировали и вы­вели в резерв. Там монитор находился до 25 февраля 1966 г., после чего его разоружили и сдали для разборки на металл.

Монитор "Выборг"

В определенной мере «Выборг» удовлетворил потребность советского ВМФ в морских мониторах и более вопрос об их строительстве не подни­мался. А вот речными мониторами еще пытались заниматься, даже вклю­чили их строительство (18 больших и 36 малых единиц) в десятилетний план на 1946 — 1955 гг.

Но это так и не было исполнено, поэтому единственными бронено­сцами на реках СССР остались бронекатера. Класс мониторов хотели со­хранить в составе флота, об этом свидетельствуют тщательно разработан­ные новые проекты речных мониторов. Но возобладали другие тенден­ции: необходимо было уменьшить габариты речных кораблей, сохраняя при этом их огневую мощь. Все это выразилось в великолепном бронека­тере пр. 192, замечательного конструктора Ю.Ю. Бенуа. Таким образом, после окончания Великой Отечественной войны, класс мониторов в со­ветском флоте практически прекратил свое существование. И теперь мож­но сказать, что он не выдержал межвидовой конкуренции с бронекатера­ми и разборными, перевозимыми по железной дороге, плавучими батаре­ями. Железнодорожный транспорт позволял быстро перебрасывать ко­рабли малого водоизмещения с одного театра военных действий на дру­гой, бурное развитие боевой авиации, так же ввело свои ограничения на основные размерения бронированных речных катеров. В результате гру­зоподъемность и размеры железнодорожной платформы стали определя­ющими факторами при выборе водоизмещения речных боевых кораблей с малой осадкой.

 

 

 

НАЗАД  СОДЕРЖАНИЕ   ВПЕРЕД