Find the latest bookmaker offers available across all uk gambling sites www.bets.zone Read the reviews and compare sites to quickly discover the perfect account for you.

Две жизни корабля

 

Исключение из списков и сдача к порту не всегда обозначали окончание службы корабля, когда его, разоружив, отправляли в разломку на дрова, строительные материалы или металл, расстреливали или взрывали при артиллерийских и минных опытах. Особый случай—расстрел в 1911 г. бывшего броненосца "Чесма", на котором испытывали систему броневой и конструктивной защиты уже строившихся дредноутов.

Давняя традиция сбережения исторических кораблей в мире общепризнана, и сегодня более 200 крупных кораблей продолжают нести собой память о трудах, талантах и доблести прошлых поколений людей. Но Россия, которая и здесь шла "своим путем", к началу XX века сберегала лишь несколько мелких судов времен Петра I (включая знаменитый ботик) да галеру Екатерины II "Тверь". Но и с ней в “просвещенное” хрущевское время сумели покончить.

Ущербная историческая память, низкий культурный уровень и уродливые представления об экономии, которыми руководствовались правящие в России режимы (что царский, что большевистский), не позволили сберечь для будущего не только крупные, но даже и заслужившие того малые корабли XIX века. Не пощадила судьба и первые миноносцы. Честно отслужив свой срок, но так и не дождавшись боевого применения в качестве торпедных кораблей, они в исходе своей службы оказались для флота едва ли не более необходимыми, чем в годы молодости. И связано это было с новыми качествами, которые потребовал придать им изменившийся характер войны на море.

Организацию новой для флота отрасли минного дела поручили капитану 2 ранга М. В. Иванову, который в Порт-Артуре был заведующим созданного там первого соединения тралящих кораблей, получившего название "тралящий караван" ( траление в разное время в Порт-Артуре возглавляли капитаны 1 ранга Э.Н. Щенснович, В.М. Зацаренный, Н.К. Рейценштейн). Как и Э.Н. Щенснович, в роли заведующего подводным плаванием М.В. Иванов столкнулся с глухой стеной предубеждения, пренебрежения и недоверия.

В результате сформированная с огромными трудами партия траления Балтийского моря состояла, по словам И.А. Киреева, "из двух непригодных к действию и двух устаревших номерных миноносцев", а базой для экипажей и хранения имущества служила старая лайба "Мечта", состоявшая ранее при отряде судов Морского корпуса. В 1917 г. вместе с тральщиками специальной постройки силы траления на Балтике насчитывали уже свыше 60 кораблей.

В разное время в них состояли бывшие балтийские миноносцы разных типов, в том числе номерные первого поколения. Это были миноносцы №№ 103, 108, 115, 118, 131, 132, 142. Миноносец № 103 в 1915 г. был переклассифицирован в посыльное судно, но в годы мировой войны использовался как тральщик. В 1918 г. был захвачен немцами в Финляндии, в 1922г. по Юрьевскому договору подлежал возврату в РСФСР, но по непригодности продан Финляндии на металл.

Миноносцы №№ 115 и 131, исключенные из списков в 1910- 1911 гг., в 1914 г. были возвращены в состав флота и до 1917 г. использовались на Копанском озере в качестве катеров пристрелочной станции. С окончанием войны сданы к порту, в 1921г. введены в состав флота и переоборудованы в тральщики. Из-за сильного износа котлов снова были возвращены на хранение и в 1925 г. сданы на разборку

Миноносец № 132, исключенный из списков в 1910г., в 1914-1918гг. использовался как тральщик и носил название "Чека". Миноносцы №№ 101 и 102 с 1906 г. состояли в отдельном корпусе пограничной стражи. Миноносец № 142, как и большинство сохранившихся миноносцев первого поколения, в 1916 г. был переклассифицирован в посыльное судно, в 1918г. вернулся из Гельсингфорса и сдан на хранение в Кронштадте. В 1921 г. он переоборудован в тральщик, участвовал в боевом тралении 1921-1922 гг. В 1923 г. затонул от течи в машинном отделении.

Миноносцы №№ 119 и 120 в 1912 г. были переклассифицированы в посыльные суда. В 1918г. захвачены Финляндией в Гельсингфорсе и проданы ей на слом по Юрьевскому договору. Миноносцы №№ 128 и 129 в 1916 г. были переклассифицированы в посыльные суда, в 1917 г. были сданы на хранение в порту Або. Там вместе с бывшим миноносцем № 104 (с 1912 г. посыльное судно) захвачен немцами. Как и другие захваченные и признанные непригодными для дальнейшей службы, проданы Финляндии по Юрьевскому договору.

Миноносец № 108 в 1909г. переклассифицирован в портовое плавучее средство. Назывался "Илим", затем сдан на хранение. В 1918г. вошел в состав минной дивизии и переведен на Волгу, где в 1919г. переклассифицирован в канонерскую лодку. От столкновения с канонерской лодкой "Пронзительный" затонул, был поднят и восстановлен. В 1920г. возвращен на Балтику, переформирован в посыльное судно, затем переоборудован в тральщик. Участвовал в боевом тралении в 1920-1922 гг. В 1922-1923 гг. находился в составе пограничной охраны ОГПУ, после чего сдан на хранение.

rm60

Миноносец № 118 в 1909г. был переклассифицирован в посыльное судно под названием "Перископ". В феврале 1918 г. совершил переход из Ревеля в Гельсингфорс, а в апреле в Кронштадт. В 1918- 1919 гг. действовал на Волге, в 1920 г. возвратился на Балтику. В 1921 г. под названием "Тральщик № 15" участвовал в боевом тралении. В 1922 г. находился в составе морской погранохраны ОГПУ, в том же году сдан на разборку.

В Черном море тралящие силы начали свое формирование также путем переоборудования миноносцев первого и второго поколений. И трудностей при этом приходилось преодолевать еще больше, чем на Балтике. Принятие всех решений затягивалось или откладывалось из-за отдаленности от столичных центральных учреждений. Черноморский флот имел и меньшие внутренние ресурсы. Особенно болезненно сказывались последствия русско-японской войны и недавних мятежей: летом 1905 г. на броненосцах "Князь Потемкин-Таврический" и "Георгий Победоносец", а также на учебном судне "Прут" и осенью в Севастополе.

Деньги на ремонты кораблей приходилось в Петербурге почти что вымаливать, а потому и при создании партии траления решили обойтись самым скромным составом. В ведение назначенного и.д. начальника партии лейтенанта В.Г.Энгельмана в 1908 г. были переданы два бывших миноносца №№ 258 и 267 и 12,5-тонный 40-футовый паровой катер № 1 Севастопольского порта. Плавучей базой партии стал ветеран флота — построенный в 1868 г. в Англии (Гринок) пароход "Днестр", состоявший в классе учебных кораблей.

К прежнему вооружению миноносцев, включавшему по 2 37-мм пушки, теперь добавлялось специальное в виде тралов Шульца, щитовых и катерных. Особую проблему создавала комплектация партии стабильным штатным составом, который можно было бы обучать новому специальному делу. Флот был крайне обескровлен начавшимися уже в предвоенное время переводами офицеров и матросов-специалистов в состав 1-ой, а с началом войны и 2-ой Тихоокеанской эскадр.

Значительной потерей для флота стало и переформирование команд "бунтовавших" кораблей: “Потемкина”, “Георгия Победоносца” и учебного судна "Прут". Обширные “изъятия” были проделаны и на многих других кораблях, проявивших неблагонадежность. Новая волна еще более широких чисток прокатилась после грандиозного в истории России восстания 15 ноября 1905г. в севастопольской флотской дивизии и наряде кораблей, возглавляемых крейсером "Очаков".

Неслыханными были и репрессии, предпринятые по отношению к офицерскому составу флота. Император был вне себя, узнав о протоколе представителей кают-компаний всех кораблей, в котором накануне готовившегося усмирения говорилось о том, что "офицеры флота не желают кровопролития". Все подписавшие протокол были или уволены со службы или переведены на другие флоты. Офицерский состав флота в Черном море заменили почти полностью. В результате преемственность управления и боевой подготовки были подорваны, флот перестал быть боеспособным. И восстановление этой боеспособности зависело теперь в большой степени от верности своему долгу и энтузиазма таких офицеров, как лейтенант Энгельман.

rm61

Стабильности не удавалось добиться даже в наименованиях кораблей. Вместо сохранения, как это было на Балтике, изначальных названий и номеров миноносцев — ведь номера были совершенно абстрактным отличием, не отнимая себе исторических названий—в Черном море вскоре началась их чуть ли не безостановочная перенумерация. Это, видимо, было одним из приемов "перевоспитания" Черноморского флота, необходимой мерой для приведения его в "дисциплинарное", как тогда говорили, состояние. Впрочем, это могло быть следствием, обыкновенных бюрократических бестолковщины и недомыслия, которых еще очень много сохранилось на флоте с довоенных времен.

Вплоть до 1914 г. упорно, несмотря на протесты офицеров траления, держался и заимствованный из порт-артурского опыта термин "тралящий караван", который по сходству с"землечерпательным караваном" был далек от понятия о боевом соединении кораблей. Рутина примитивных понятий о тралении была столь сильна, что даже высокопоставленные бывшие участники войны, казалось бы, непосредственно на себе испытавшие последствия необеспеченности флота тральщиками, не хотели признавать за ними всех прав боевого корабля.

Морской министр А.С.Воеводский (всплывший на эту должность в силу малопонятной интриги) в мае 1909 г. отклонил ходатайство главного командира Севастопольского порта капитана 1 ранга Н.С. Маньковского о разрешении поднять вымпелы на бывших миноносцах №№ 258 и 267. Министр считал, что "хотя суда эти и укомплектованы военной командой, но должны считаться плавучими средствами (баркасами)". Не разрешено было и присвоение им новых названий, о чем просил В.Г.Энгельман. Как портовые плавучие средства они имели право лишь на присвоение очередных порядковых номеров среди катеров порта.

Приказом по Морскому ведомству № 187 от 29 июля 1910 г. новые пароходы хотя и получили названия ("Альбатрос" и "Балкан"), были зачислены в класс портовых судов. В IV ранг их перевели только в августе 1912 г. (приказ № 207). "Отбили" и попытки В.Г.Энгельмана получить право называть свои корабли "тральщиками". Довод о том, что названия "портовый баркас и прочие не соответствуют этому назначению", на начальство не подействовал.

Неопределенный статус партии траления был удобен всем начальникам. Ее могли использовать в качестве аварийно-спасательной службы — тралить грунт у мыса Феолент на месте аварии миноносца № 266. К тралящей партии было удобно (инициатива МТК) причислить проводивший минные опыты миноносец № 263. В сообщении об этом от адмирала Яковлева в декабре 1910 г. партия траления по-прежнему именовалась тралящим караваном.

Продолжалась и практика использования бывших миноносцев в качестве посыльных судов. В такой роли, как известно, в дни восстания "Потемкина" при нем оказался миноносец № 267. Теперь с усмирением мятежей прежнюю практику расширили. Условно составлявшие дивизион резервных миноносцев, они были официально приписаны к кораблям эскадры: № 260 — к крейсеру "Кагул", № 262 —    к крейсеру "Память Меркурия", № 264 — к линейному кораблю "Ростислав", № 265 — к линейному кораблю "Пантелеймон" № 266 — к линейному кораблю "Три Святителя". № 261 был причислен к подводному плаванию № 263 —к партии траления. № 268 состоял в пристрелочной станции. № 270 в 1910 г. находился в капитальном ремонте, № 271 занимался опытами нефтяного отопления.

Так своеобразно подводился итог с энтузиазмом начатой 20 лет тому назад практике этого отопления топок. Нефтяное отопление еще оставалось на миноносцах №№ 263, 271, 273, но и оно, как следовало из отчета флагманского инженер- механика морских сил Черного моря за 1908 г., не обнадеживало: миноносцы сильно дымили и отличались большим расходом мазута. Правда, МТК, стоя на пороге действенного применения нефтяного отопления на турбинных кораблях, на этот раз поддержал инициативы флота. Испытания были продолжены.

В 1910 г. закончила службу еще одна группа миноносцев первого и второго поколений. Из состава VI и VII резервных дивизионов были сданы к порту миноносцы №№ 261, 262, 264, 265, 266, 268. Миноносец № 263 приказом по Морскому ведомству № 254 от 2 мая 1913 г. был назначен на продажу. № 254 передали в пограничную службу. После неоднократных напоминаний со стороны начальника партии траления ему наконец в 1911 г. передали давно обещанный миноносец № 255.

В кампанию этого года партию составляли пароходы "Альбатрос", "Баклан", 25-тонный моторный катер "Чайка" (принят от завода Беллино-Фендерих в 1911 г.) и миноносцы №№ 258, 267 и 255 переименованные в тральщики №№ 8,9, 10. Полуофициальное наименование "тральщик" уже в 1911 году фигурировало в годовом отчете, представленном главным командиром Севастопольского порта. Вошло оно и в изданный в 1914г. "Судовой список", но официально было принято лишь при введении классификации кораблей 1915 года.

На продолжавших числиться портовыми судами "Альбатросе" и "Баклане" в 1911 г. установили рельсовые пути для сбрасывания мин заграждения. В круг регулярных учений и тренировок партии, как говорилось в отчете командира порта, входили: "обучение личного состава партии тралам Шестранда и Шульца, постановка и уборка мин заграждения с плота, маневрирование судов с тралами, вытраливание мин заграждения, вывод и ввод флота на Севастопольский рейд и расстреливание мин заграждения из 37-мм пушек и ружей на якоре и на ходу".

Внеплановым было траление Южной бухты и входа в Севастополь, которое "перед приездом Их Императорских величеств" осуществили портовые суда "Альбатрос", "Баклан" и тральщики № 9". По табели комплектации значилось 10 офицерских чинов (имелось 9), 16 (11) кондукторов и 180 (139) нижних чинов. В 1912 г. занятия проходили по той же номенклатуре. Сверх того, по приказанию командующего морскими силами в Черном море" перед приездом Их Императорских величеств тральщики "Альбатрос", "Баклан" и № 9 тралили Южную бухту и выход из Севастополя и охраняли их". Успешными были и порученные партии траления поиски 400-пудового сегмента, утерянного линейным кораблем "Синоп" и станового якоря заградителя "Прут". 

Неудержимо обострявшаяся обстановка и энергия В. Г. Энгельмана заставили командование флота всерьез задуматься о предстоящей тральщикам роли. 

 

 

 

НАЗАД  СОДЕРЖАНИЕ   ВПЕРЕД