Find the latest bookmaker offers available across all uk gambling sites www.bets.zone Read the reviews and compare sites to quickly discover the perfect account for you.

Во мгле 1917 года.

 

В начале 1917 года в МГШ составили "Таблицы элементов судов, входящих в составы: 1. Балтийского флота. 2. Черноморского флота. 3. Флотилии Северного Ледовитого океана. 4. Флотилий, возникших во время войны". Пояснялось, что в основу таблиц легли сведения, собиравшиеся с февраля 1916 г. по февраль 1917 г.

В этом справочнике бывшие миноносцы оказались вновь почти неузнаваемо перенумерованы с перечислением в посыльные суда. Так "Учебный" получил № 1, "Минер" — № 2, "Подводник — № 3, "Летчик" — № 4, тральщик № 276 — № 5, тральщик № 277 — № 6, тральщик № 275 — № 7, "Летучий" — № 8, тральщик № 279—№ 9, тральщик № 278—№ 10.

Посыльным судном № 11 (в "Таблицах элементов" его нет) стал, как об этом говорится в справочнике "Корабли и вспомогательные суда советского военно-морского флота (1917-1927 гг.)", изданном в 1981 г. Воениздатом, бывший миноносец № 268. Дезинфекционная баржа (она в "Таблицах" также отсутствует) "Санитар", которой по приказу командующего флотом от 18 сентября 1914 г. стал бывший миноносец № 261, по-видимому, продолжала использоваться по этому назначению.

Трудно сказать, кто был тот дока-систематизатор, кто проделал этот “мартышкин” труд переклассифицирования и перенумерования, кто убедил командующего флотом пренебречь мнениями специалистов траления, совершить дисквалификацию тральщиков и их новое унизительное обезличивание. Ведь оно не соответствовало ни интересам ведения войны, ни традициям флота, ни рекомендациям МГШ. Все здесь было необъяснимо.

Не странно ли, что, лишив бывшие миноносцы ставших привычными за время войны номеров и еще оставшихся в преданиях названий, власти сохранили названия меньшим по величине пароходам "Альбатрос" и "Баклан". Известно, что на крупных кораблях название могли давать даже их катерам. Так, на погибшем в 1904 г. крейсере "Рюрик" катера называли "Трувор" и "Синеус". На отличившемся в составе Батумского отряда "Ростиславле" моторные катера называли именами "Архав", "Вице" (по названию селений на пути к Трапезонду) и "Хопи" (по названию реки близ Поти).

О важности исторических названий кораблей, которые всегда составляли "их главную реликвию", говорилось в недавнем докладе Генмора в марте 1916 г., когда он настаивал на сохранении прежних названий приобретавшихся в Японии бывших крейсера "Варяг" и броненосцев "Пересвет" и "Полтава". Так и было сделано, но только "Полтава", чье название было ранее "занято" дредноутом, стала "Чесмой" (она в большей части укомплектовывалась людьми из состава Черноморского флота, и не исключено, что кто-то мог попасть на корабль из состава бригады траления).

Но на тральщики это правило о сбережении прежних боевых названий как их главных реликвий распространять почему-то не стали. Так, конечно, дало себя знать давнее, но все еще не изжитое пренебрежение к тральщикам. По исключительной ли занятости, в силу ли всем известного крутого нрава или по иным причинам, но вникать в проблему не стал и новый (с 28 июня 1916 г.) командующий флотом вице-адмирал А. В. Колчак.

Сменивший вконец опростоволосившегося А. А. Эбергарда, который, имея уже два дредноута, еще раз упустил "Гебена", новый командующий был, видимо, слишком занят перестройкой оперативной работы штаба. А вскоре события, одно грандиознее другого, начали с 27 февраля 1917 года сотрясать Россию. Проблема тральщиков, надо думать, и вовсе ушла из поля зрения командующего.

Но бывшие миноносцы до последних дней организованного существования флота продолжали нести свою службу. С флотом пережили они и все последующие трагедии и унижения флота и российской государственности. Большевистский переворот вверг страну в ужас гражданской войны. Судьба не сулила удачи восставшему против ленинского режима белому движению. Идеологически абсолютно немощное, оно, кроме ностальгии по безвозвратно ушедшему и далеко, увы, не безупречному императорскому правлению, оказалось неспособным противостоять дьявольски изощренной социальной демагогии Ленина.

Флот белых, правда, не знал того внутреннего разложения, постигшего их армию, которой, как известно, не помогли и генштабистские таланты верховного правителя адмирала А. В. Колчака. Но исход войны решался на суше, и существенной роли флот в гражданской войне сыграть не мог. Невелики были и силы белых на Черном море. Уходя в ноябре 1918 г. из Севастополя, немцы передали белым остававшиеся в базе корабли, но пришедшие следом новые оккупанты — вчерашние союзники англичане и французы увели лучшие корабли в турецкий порт Измид в Мраморном море. Недолго белые владели и находившимися на хранении в порту посыльными судами №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9 и 10.

Уже в декабре 1918г. корабли были захвачены англо-французскими оккупантами. Ничем не захотел помочь белому движению и обосновавшийся в Севастополе флот "незалежной" Украины, которым командовал бывший капитан 2 ранга русского флота и герой боя "Варяга" под Чемульпо в 1904 г., а ныне "самостийный" контр-адмирал Н. И. Черниловский-Сокол.

В апреле 1919 г., уходя из Севастополя, недавние союзники с той же методичностью, как они это сделали с машинами линейных кораблей-додредноутов, подорвали машины на посыльных судах №№ 1, 2 , 3, 5, 6, 8 и 9. Тогда же они вывели в море и хладнокровно затопили под Севастополем 9 русских подводных лодок. Старое британское правило — уничтожать все корабли, которые не под английским флагом—соблюдалось неукоснительно. В одном только они отступили от традиции — севастопольские доки не подверглись тому тотальному уничтожению, какое произошло в 1856 г. со знаменитыми, только перед войной после 20-летних трудов завершенными наливными доками адмирала М. П. Лазарева.

Из всех бывших миноносцев к зачислению в белый флот оказались пригодными только посыльные суда №№ 4, 7 и 10. Они получили название "Летчик", "Разведчик" и "Охотник". Первый находился в резерве, второй 10 июля 1920 г. вернули в порт. "Охотник" в тот же день передали воссоздавшемуся в Севастополе Морскому корпусу. Все три корабля были оставлены при эвакуации врангелевской армии из Севастополя 14 ноября 1920 г.

Как и люди, делились на лагеря и корабли. Среди покидавших родину были и ветераны партии траления "Альбатрос" и "Баклан". Три бывших тральщика в числе первых вошли в состав воссоздавшихся в Черном море морских сил РСФСР. Секретным приказом от 2 декабря 1920 г. начальника морских сил Черного и Азовского морей Э. С. Панцержанского три корабля под названием "миноноски" были зачислены в списки судов Черноморского флота, а 17 декабря вместе с посыльным судном "Коршун" образовали дивизион посыльных судов.

"Летчик" с декабря 1920 г. по апрель 1921 г. прошел капитальный ремонт, в марте 1922 г. был исключен из списков, в 1924 г. разобран. "Охотник" служил до октября 1923 г., а "Разведчик" сдали на  слом в декабре 1923 г. Подорванные корабли разобрали в 1924-1925 гг.

Так закончилась редкая по продолжительности и исключительному многообразию событий деятельность последних представителей 1-го и 2-го поколений черноморских миноносцев. Из этих кораблей судьбы посыльных судов № 4 ("Летчик") и № 11 составляют в нашей истории особую загадку. Крайняя бедность и еще большая невнятность и беспорядочность документов той смутной эпохи даже сегодня на позволяют с уверенностью ответить на вопрос, кто же был потоплен в Новороссийске: "Летчик", как явствует из ряда литературных изданий, или посыльное судно № 11, как следует из упоминавшегося советского справочника.

В известной записи разговора по прямому проводу, который 16 мая 1918г. провели замещавший начальника МГШ РСФСР В. М. Альтфатер и начальник оперативной части штаба морских сил Черного моря Н. П. Паруцкий, в числе пришедших в Новороссийск кораблей упоминается "номерной миноносец". Так невнятной терминологией отразилась наконец в истории вакханалия переименований и переклассифицирований этих кораблей.

Г. К. Граф в своей до недавних пор запретной у нас книге "На “Новике” (Балтийский флот в войну и революцию)" приводит, по-видимому, общепризнанное мнение о том, что "миноносец "Летчик" пришел из Керчи 'через день" после того, как к вечеру 1 мая в Новороссийск пришли из Севастополя "все способные суда" Черноморского флота, сопровождаемые одним отделением ("восемь штук") исправных быстроходных катеров.

Называемое в советском справочнике посыльное судно № 11 марта 1918 г. (а может быть, и с более раннего времени) числилось в резерве. Трудно представить, чтобы при том огромном некомплекте личного состава, который флот переживал из-за массового сокращения численности новой власти, ухода матросов на гражданскую войну и просто дезертирства, могло состояться введение в строй устарелого посыльного судна.

rm66

Наконец, у числившегося в архивном списке морских сил РСФСР на 1921 г. посыльного судна "Летчик" место постройки (Германия), водоизмещение (83,3 т) и главные размерения не соответствуют тем, какие в действительности были у "Летчика". Он был построен заводом Крейтона в Або и имел водоизмещение 101,7 (104) т. Приведенные же в списке водоизмещение и главные размерения более соответствуют посыльному судну № 11 (бывш. миноносец № 268), хотя и для этого корабля приведенные в списке год и место постройки, как и характеристики, также не совпадают.

Вот почему пока приходится (последующие исследования могли бы внести необходимую ясность) оставаться при двух в равной мере возможных версиях. Либо корабль, как говорится в книге Г. Графа и воспоминаниях участника событий капитана 2 ранга Н. П. Гутана, был действительно потоплен, либо он мог быть сохранен командой, которая, став свидетелем гибели флота, решила все же вернуться в Севастополь вслед за ушедшими перед потоплением части флота кораблями. Не исключено, что "Летчиком" мог быть назван бывший миноносец № 268, который, по архивным сведениям, значился потопленным в Новороссийске.

И пусть рассказанные здесь судьбы кораблей пробудят у читателя желание не позволить, чтобы наша история оставалась для нас неизвестной, чтобы рассеялся наконец туман обветшалых и зачастую лживых догм и чтобы не было в нашей истории ни фальшивых легенд, ни дутых героев, ни белых пятен.

 

 

НАЗАД  СОДЕРЖАНИЕ   ВПЕРЕД