Белоказаки в Гражданской войне на Дальнем Востоке

Все воинские части атаманов Забайкальского войска Г. М. Семенова (с его Особым маньчжурским отрядом, созданным в полосе КВЖД), Амурского казачьего войска И. М. Гамова и Уссурийского казачьего вой­ска И.М. Калмыкова, потерпев поражение от красноармейцев, ушли на территорию соседней Маньчжурии.

Уже тогда японское военное командование стало делать ставку на Г.М. Семенова. Очень скоро этого казачьего полковника майор Куроки и японский генеральный консул в Маньчжурии познакомили с влиятель­ным человеком в высших кругах императорской армии. Им оказался пол­ковник Генерального штаба императорской армии Куросава, будущий начальник японской военной миссии в Чите.

Затем 6 апреля 1918 г. с японских кораблей на берег высадился десан­тный отряд, захвативший остров Русский с его крепостными укреплени­ями и артиллерийскими батареями, военными складами и воинскими казармами.

Вооруженная интервенция Антанты на российском Дальнем Востоке началась.

Высадка войск Антанты на юге Приморья послужила сигналом для наступательных действий белых войск. В апреле начал новое наступление на юге Забайкалья атаман Семенов, активизировал свои действия атаман Уссурийского казачьего войска Калмыков.

Казаки Семенова продвигались вдоль железной дороги, нацелива­ясь на город Читу. В мае 1918 г. атаман Г.М. Семенов на станции Борзя объявил себя и близких к нему людей кадета С. А. Таскина и генерала И. Ф. Шильникова «Временным Забайкальским правительством».

Но в начале лета 1918 г. Г. М. Семенов потерпел от красных войск пора­жение в Забайкалье, а части белочехов и казаков атамана И.М. Калмыко­ва были разгромлены на Уссурийском фронте. Это заставило Антанту усилить свое военное присутствие в Приморье, а американского прези­дента Вудро Вильсона — принять решение о посылке своих экспедицион­ных войск на российский Дальний Восток для его оккупации.

Вскоре весь Дальний Восток оказался полностью отрезанным от Со­ветской Республики.

1 сентября 1918 г. казачье войско атамана Г. М. Семенова, начавшего наступление от границ Маньчжурии, и чехословаки захватили столицу Забайкалья, город Читу. Вся линия Транссиба от озера Байкал до Владиво­стока осенью оказалась в руках белых и интервентов, равно как и все го­рода и территория Дальнего Востока.

4 сентября японские войска при поддержке калмыковцев захватили город Хабаровск, а 18 сентября — город Благовещенск. В этих городах япон­цы захватили корабли и суда Амурской речной военной флотилии (мони­торы «Смерч» и «Шквал», канонерские лодки «Бурят», «Монгол» и вспо­могательные суда).

Если державы Антанты весьма благосклонно отнеслись к перево­роту в Омске и приходу к власти в Белом движении Сибири адмирала А.В. Колчака, вскоре провозгласившим себя Верховным правителем Рос­сии, то позиция Японии оказалась иной. В Токио предпочли поддержи­вать на Дальнем Востоке власть казачьих атаманов Г. М. Семенова, И. М. Калмыкова, И. М. Гамова.

Императорское правительство Японии считало, что адмирал А. В. Кол­чак — «человек Вашингтона» — и его деятельность на посту Верховного правителя России может повредить дальневосточным интересам страны Восходящего Солнца. Именно поэтому Колчака по настоянию японского правительства весной 1918 г. удалили из Правления КВЖД (он руководил в нем военным отделом) и вплоть до октября 1918 г. адмирал оставался не у дел. Причиной устранения бывшего командующего русским Черномор­ским флотом от «железнодорожных дел» стал его конфликт с атаманом Г.М. Семеновым, за спиной которого стояли японцы.

Встреча адмирала Колчака с Г.М. Семеновым, которого будущий Вер­ховный правитель России вскоре произвел в генеральский чин, состоя­лась на нейтральной территории — в маньчжурском городе Харбине. Два военных вождя Белого движения разошлись в главном — в роли и месте Японии в событиях Гражданской войны на Дальнем Востоке и в Сибири.

Но недоброжелательное отношение правящих кругов Японии к адми­ралу Колчаку продолжалось и дальше. Г. М. Семенов к тому времени вы­нашивал собственные планы стать Правителем Забайкалья и прилегаю­щих к нему земель, а также восточной части Монголии. Естественно, без помощи Японии атаман в звании полковника сделать многого просто не мог. Поэтому все дальнейшие действия Г. М. Семенова полностью направ­лялись и контролировались командованием японских экспедиционных сил на Дальнем Востоке и Токио.

В середине ноября Семенов телеграфировал Омскому правительству о         нежелании признавать верховную власть адмирала Колчака и предлагал на эту высшую должность в российском Белом движении свои кандида­туры — генералов Деникина, Хорвата или атамана Оренбургского каза­чьего войска Дутова. Затем Г. М. Семенов прервал телеграфную связь меж­ду Омском и Дальним Востоком, а на Забайкальской железной дороге за­держал поезда с военными грузами, отправленными Антантой Верховно­му правителю России для создаваемой колчаковской армии.

К началу февраля 1919 г. казаки захватили на Забайкальской желез­ной дороге все исправные паровозы и 48 поездов с военными грузами дер­жав Антанты, направлявшимися в Омск для колчаковских войск Так, ата­ман Семенов распорядился задержать железнодорожный состав с амери­канским оружием, потребовав от сопровождавшего эшелон американс­кого офицера выдать ему 15 тысяч винтовок, угрожая в противном случае взять их силой.

Когда генерал Хорват по указанию Колчака распорядился не перево­зить по КВЖД грузы для войск Семенова, атаман арестовал начальника отдела военных перевозок этой дороги и силой изъял деньги из читинско­го банка, его филиала на станции Маньчжурия, а также присвоил продук­цию всех золотых приисков Забайкалья. Семенову с рук сошло даже то, что он послал свои отряды в район дислокации экспедиционных войск США, и там казаки за «правонарушения» подвергли публичной порке аме­риканских солдат.

Атаман взял себе титул князя Ванского и в феврале 1919 г. созвал съезд феодальной знати бурят, монголов, тибетцев с целью создания монголо- бурятского степного государства под своим правлением. Съезд единодуш­но утвердил состав правительства семеновской Независимой Монголо-Бурятской республики. После чего князь Семенов-Ванский потребовал от президента США Вудро Вильсона признать существование независи­мого государства в центре Азии и допустить его представителей на мир­ную конференцию по Дальнему Востоку.

Однако такой «азиатский» ход Токио не нашел поддержки у держав Антанты, не желавших видеть в самом центре Азии марионеточное госу­дарство, во всем послушное стране Восходящего Солнца. Союзникам по Антанте не без труда, но все же удалось уладить конфликт Войскового атамана с Верховным правителем России. Японцы потребовали от адми­рала Колчака присвоить Семенову очередное (генеральское) воинское зва­ние и назначить на должность «главного начальника» всех казачьих войск Дальнего Востока — Забайкальского, Амурского и Уссурийского. Верхов­ный правитель России пошел на такое производство в генералы и «главное атаманство».

4 января 1920 г. адмирал Колчак передал генерал-майору Г. М. Семено­ву всю полноту военной и государственной власти на территории так на­зываемой «Российской восточной окраины». Получив эти полномочия, атаман Г. М. Семенов 8 января создал под своим председательством оче­редное правительство, но уже Российской восточной окраины.

Присутствие японских экспедиционных войск на дальневосточной земле вызывало неизбежный рост партизанского движения и накала Гражданской войны. Так, в Амурской области интервенты не смогли на­ладить согласованных боевых действий против красных партизан, кото­рым удалось полностью разрушить систему японских коммуникаций и линий связи в южной части Приамурской области. На линии железной дороги уничтожались мосты и казарменные помещения, спиливались телеграфные столбы. Так отряд «Черный ворон» на участке Екатеринославка — Бочкарево уничтожил десять мостов и разрушил железнодорож­ную станцию Посдеевку.

Японские войска под ударами Амурской партизанской армии остав­ляли сельские местности и стягивались к столице Приамурья Благовещен­ску. 4 февраля 1920 г. город окружили партизанские силы. И японскому командованию, не получившему подкреплений из Приморья, пришлось начать переговоры 23 марта 1920 г. началась эвакуация японских сил, ко­торая закончилась 3 апреля.

Нужно отметить, что военная помощь Белому движению в лице Вер­ховного правителя России адмирала А.В. Колчака делалась державами Антанты далеко не бескорыстно. Газета «Иркутского военно-революци­онного комитета» в № 15 за 10 февраля 1920 г. сообщала о золотом запасе России, который был захвачен чехословаками в городе Казани и впос­ледствии передан Всероссийскому правительству А.В. Колчака: «...Затем, таинственным образом золотой эшелон оказался в Иркутске. В самом конце 1919 года войска чехословаков (переименованные в феврале этого года в Чехословацкую армию в России) в условиях начавшейся суровой сибирской зимы заблокировали на Транссибирской железнодорожной магистрали движение эшелонов отступавшей колчаковской армии. 1 января 1920 г. командование Чехословацкой армии (по приказу фран­цузского генерала М. Жаннена, представителя Антанты при колчаковс­ком Всероссийском правительстве) взяло у адмирала А.В. Колчака золо­той запас России под свою защиту.

Таким образом, Верховный правитель России оказался фактически арестован, а золотой запас Российского государства — «военной добы­чей» чехословаков. Однако вывезти и Колчака и золото в портовый город Владивосток Чехословацкой армии не удалось. Генерал М. Жаннен при­казал командованию белочехов передать золотой эшелон во Владивостоке в руки Японии, а чехословацкий министр иностранных дел Э. Бенеш — доставить его в Прагу.

Поэтому 15 января, для обеспечения беспрепятственного движения эшелонов белочехов к Владивостоку они выдали на станции Иннокенть- евская близ Иркутска бывшего Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака представителям новой местной власти — иркутскому Поли­тическому центру. Или, говоря иными словами, белочехи отдали адмира­ла на расстрел.

Несколько позднее командование чехословаков согласилось оста­вить в Иркутске золотой запас страны, которую они спешили поки­нуть. Золотой эшелон состоял из 18 вагонов, в которых находились 5143 ящиков и 1678 мешков с золотом, платиной, серебром, ценными бумагами и прочим. «"Золотой эшелон" был отправлен из Иркутска в обратную сторону под охраной батальона красноармейцев 262-го пол­ка 30-й стрелковой дивизии. Ответственность за доставку эшелона воз­лагалась на представителя Особого отдела ВЧК при V красной армии А.А. Косухина».

7 февраля на сибирской железнодорожной станции Куйтуи между представителями правительства РСФСР и командованием Чехословацкой армии было подписано перемирие. 2 сентября 1920 г. последний транспорт с чехословацкими солдатами и офицерами покинул Владивосток и взял курс на далекую Европу.

Теперь японское командование больше всего заботило удержание позиций в Забайкальском крае. Япония могли опереться на войска ата­мана Семенова, своего давнего союзника, и каппелевцев. Так называ­лись наиболее стойкие в Гражданской войне колчаковские войска, ко­торые под командованием генерал-лейтенанта В. О. Каппеля, главно­командующего Восточным фронтом, совершили так называемый Си­бирский ледовый поход и оказались в Забайкалье. Каппелевцы сохра­нили свою военную организованность, боеспособность и после смер­ти генерала.

Японские войска, семеновцы и каппелевцы провели в начале 1920 г. наступательную операцию, в ходе которой им удалось захватить у крас­ных войск Читу, Нерчинск, Сретенск и узловую железнодорожную стан­цию Карымская. Образовалась знаменитая в истории Гражданской вой­ны в России так называемая «читинская пробка», разделившая «буфер­ную» Дальневосточную Республику (ДВР) со столицей в Верхнеудинске (современный Улан-Удэ) на две части, тем самым еще больше отдалив При­морский край от Советской России

Создание «буферной» Дальневосточной Республики имело свою пре­дысторию. Советское правительство и Центральный Комитет Российской коммунистической партии (большевиков), чтобы избежать военного кон­фликта с Японией, решили отсрочить восстановление Советской власти на Дальнем Востоке. В Москве решили признать временное демократи­ческое правительство, которое уже установило с Токио межгосударствен­ные отношения, и особенно с командованием японского экспедиционно­го корпуса на Дальнем Востоке.

Такое решение пришлось принять весной 1920 г., когда Красная Ар­мия буквально по пятам преследовала разгромленные войска Верховного правителя России адмирала А. В. Колчака. Но дальнейшее продвижение Красной Армии было остановлено сразу же за Иркутском, на рубеже озе­ра Байкал — за Верхнеудинском.

 

 

НАЗАД  СОДЕРЖАНИЕ   ВПЕРЕД

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Поделиться с друзьями: